Это различие не определяется объективными факторами. Оно всецело находится в руках Личности, которая вправе жить в любом из альтернативных Представлений Мира.
Понятно, что "дилемма Колизея" всеобща: она точно так же справедлива для "обыденного" буржуазно-демократического мира.
Но там "расстояние" между вариантами гораздо меньше, соответственно оно порождает меньшие противоречия. С этой точки зрения западный обыватель всегда живет нормальной жизнью - чуть более или чуть менее счастливой. Для жителя же утопии/ антиутопии (например, советской) возможна либо очень радостная, либо очень несчастная жизнь.
Накопление информации (личной, равно как и общественной) в эмоционально проявленных утопических мирах должно идти намного быстрее, нежели в обыденной буржуазной реальности. Многие лучшие образцы современной фантастики - от Уэллса до Стругацких - являются прекрасной тому иллюстрацией вне зависимости от намерений авторов.
Мы приходим к выводу, что не следует бояться утопических миров. Не следует даже бояться своей психологической реакции на такие миры, превращающей их в антиутопические.
Жизнь в утопии счастливая и интересная. Жизнь в антиутопии также интересна, и уже потому пусть в другом смысле, но тоже счастливая.
Такой тезис, конечно, подразумевает отношение к смерти, как к естественному спутнику жизни. Жизнь в утопии/антиутопии требует мужества. Ввиду нестабильности этих миров они хуже обеспечивают безопасность личности, нежели буржуазно-демократическая реальность. Иными словами, механизм создания утопических миров предполагает некую "философию смерти": в рамках христианского подхода, или с использованием буддистской схемы перевоплощения, или любую иную.